Лена умчалась на кухню за аптечкой, а Валентин снова услышал женский непоседливый голосок: - Ну что, теперь ты меня видишь? Валентин поднял глаза. Из стеклянной дверки посудного отделения стенки на него смотрело милое женское личико. Валентин судорожно развернулся, но в комнате по-прежнему никого не было. Валентин снова взглянул на отражение. Личико преобразилось в ехидной улыбке: - Ну что, милый, чего пялишься? Нравлюсь? Лена услышала грохот, стремглав бросилась в комнату. Когда она вбежала в комнату, Валентин валялся на полу без сознания.
3.
В течении недели Валентин под любым предлогом избегал страшной комнаты. Лене он ничего не говорил, боялся, что примет за сумасшедшего. А может он действительно сошел с ума? Нет, не может быть. Он стоял у окна и смотрел на маленький город, это всегда успокаивало его, но не теперь. Внутри него копошились страхи, что-то глодало и не уходило. - Валя, я в магазин схожу. Он оторвался от окна, вышел в коридор. Лена надевала сапоги. - Погоди, я с тобой, - ему мучительно не хотелось оставаться в квартире одному. - Лучше пока пельмени свари. Для того чтобы сварить пельмени обе руки не нужны. Кроме того, твои пальцы заживают, так что не сочти за труд, поставь водичку на плиту, а потом засыпь и вылови. Не так уж и трудно. - Хорошо. - Не грусти, я скоро вернусь. Дверь за ней захлопнулась. Валентин остался один. Он отправился на кухню, достал кастрюлю. - Валюха! - на этот раз голос был мужской. Приятный мужской голос. Это что-то новое. Валентин дернулся, подскочил к крану, включил воду. Струя с шумом ударилась в дно кастрюли.